Сконструировать будущее

Как будут выглядеть экономика и бизнес через 10-20 лет? Давайте попробуем сконструировать возможное — и желаемое — будущее из того, что нам о нем известно наверняка
Автор: Юрий Смирнов

Как сделать вероятное очевидным

Прогнозирование стало довольно рискованным занятием, по крайней мере для репутации прогнозистов. Уж слишком много переменных и неизвестных факторов требуется учитывать. Поэтому руководители компаний все реже решаются заглядывать дальше чем на 2‐3 года вперед. А футурологи все чаще вспоминают высказывание Денниса Габора, удостоенного в 1971 году Нобелевской премии за изобретение голографии: «Будущее нельзя предвидеть, но его можно изобрести».

Сконструировать будущее

Неудивительно, что в наши дни мейнстримом стало активное отношение к будущему. Популярные сегодня форсайты — не что иное, как технология, которая позволяет экспертам «договориться» о желаемом будущем, убедить общество в преимуществах разработанной версии этого будущего, привлечь на свою сторону людей, обладающих властью и ресурсами реально влиять на события. Из того же ряда — разнообразные методики и практики конструирования будущего, его «дизайна», «редизайна», «делания», «оформления» и т.д. Как однажды заметил политический карикатурист и журналист Фрэнк Тайгер: «Ваше будущее зависит от многих вещей, но прежде всего — от вас самих».

Разумеется, изобретатели будущего используют в качестве «конструкторского набора» не эфемерные желания, а реально существующие явления и тенденции. Как тот здравомыслящий яхтсмен, который не пытается дуть в паруса, а использует силу ветра.

Правда, порой футурологи попадают в ловушку самомаркетинга. Ведь им, как и всем медийным персонам, приходится конкурировать за внимание пуб­лики с огромным количеством источников новостей. Законы рынка вынуждают их демонстрировать свою проницательность, оригинальность мышления. В том числе сообщать обществу о трендах, не замеченных другими футурологами (автор этих строк также не избежал подобного соблазна).

К сожалению, людям свойственны разнообразные когнитивные ошибки. Например, так называемая иллюзия кластеризации: человеческий мозг легко находит закономерности в случайных, никак не связанных событиях. Погуглите прогнозы последних 20 лет. Сколько было за это время описано неустойчивых, а то и вовсе иллюзорных трендов, о которых сейчас уже никто не вспомнит.

Давайте пойдем другим путем.

Вспомните, как вы помогали своему ребенку собирать машинку из набора «Лего» или «неведому зверушку» из деталей киндер‐сюрприза. Поначалу назначение отдельных деталей и целевая модель кажутся непонятными. Но затем вы начинаете прикладывать детали друг к другу — и общая конструкция, включая движущий механизм, постепенно проясняется.

Давайте точно так же подойдем и к конструированию будущего.

Для начала соберем «конструкторский набор» из наиболее заметных трендов, чья устойчивость и сильное влияние на будущее не вызывают сомнений. К таковым, например, все футурологи без исключения относят роботизацию и развитие искусственного интеллекта (ИИ).

А затем попытаемся совместить полученные детали, определить их назначение («мотор», «колеса», «кабина» и т.п.) и способы крепления. И, возможно, тогда наиболее вероятный сценарий станет очевидным.

Незаменимых больше не будет?

Помните, после кризиса 2008 года многие аналитики писали о системном кризисе капитализма, в результате которого родится нечто совершенно новое? Теперь‐то мы знаем, чьи стальные манипуляторы сломают современному капитализму хребет.

Сегодня технологии впервые угрожают многим потерей не только работы, профессии, но и самой возможности их сменить.

По крайней мере, рынок труда никогда не будет прежним.

Человечество не в первый раз переживает технологическую революцию. Не в первый раз целые социальные слои вынуждены расставаться с привычным укладом и осваивать новые профессии. Но в прошлые эпохи прогресс всегда сопровождался увеличением количества рабочих мест и профессий. Сегодня же технологии впервые угрожают многим людям потерей не только работы, профессии, но и самой возможности их сменить.

Вчера, когда ваша работа переставала быть нужной обществу, вы могли уйти в смежную или только зарождающуюся профессию (условный «кресть­янин» или «ремесленник» становился «токарем» или «инженером», условный «звездочет» — «бухгалтером», условный «извозчик» — «таксистом» и т.д.). Завтра вы можете обнаружить, что, кроме разработки, изготовления и обслуживания роботов и ПО, а также управления отраслевыми роботизированными комплексами по производству товаров и услуг, идти больше некуда. Обваливаются целые профессиональные пласты.


Искусственный интеллект заменит:

  • до 97% кассиров;
  • до 94% юристов и адвокатов;
  • до 77% барменов.

Уже сегодня, согласно отчету McKinsey Global Institute, могут быть автоматизированы задачи, занимающие в среднем 49% времени у представителей разных профессий. А что будет завтра, когда дадут сочные плоды так называемое глубинное обучение искусственных нейронных сетей и другие технологии развития искусственного интеллекта? Что останется на долю естественного интеллекта?

Похоже, не очень много. Например, по подсчетам аналитиков McKinsey и PwC, к 2030 году искусственный интеллект заменит до 97% кассиров, до 94% юристов и адвокатов, до 89% пекарей, до 77% барменов и т.д. И дело, разумеется, не только в эффективности роботов. Как поэтично разглагольствовал Эндрю Паздер, несостоявшийся министр труда в Администрации Дональда Трампа: «Роботы всегда вежливы, нацелены на самые высокие результаты, им не нужен отпуск, они не опаздывают, и с ними не надо судиться по всяким вопросам — начиная от травм на рабочем месте и заканчивая дискриминацией по возрастному, половому или расовому признаку».

Роботы идут!

Робот
  • «По оценкам McKinsey, к 2055 году половина существующих рабочих мест во всех странах будет ликвидирована благодаря полной автоматизации».
  • «К 2040-2045 годам в масштабах всей планеты исчезнет 47% всех рабочих мест, подсчитали специалисты Оксфордского университета».
  • «К 2030 году в США, Германии и Великобритании исчезнет треть рабочих профессий низкой и средней квалификации».
  • «К 2030 году уровень безработицы в крупнейших мегаполисах — Гонконге, Лондоне и Нью‐Йорке — достигнет 80%, считает венчурный капиталист Саймон Сквибб».
  • «По данным Всемирного экономического форума, к 2020 году искусственный интеллект лишит работы более 5 млн человек».

СМИ публикуют подобные новости не первый год. Но, если вы заметили, только в этом году пользователи социальных сетей начали оставлять под такими постами озабоченные комментарии. Вероятно, потому что сама тема все чаще перемещается из раздела «Прогнозы» в «Хронику новостей».

  • «Ведущий мировой производитель электронных компонентов — компания Foxconn заменила промышленными роботами 60 тыс. человек в рамках поэтапной программы по сокращению 500 тыс. работников».
  • «Крупнейшая в мире компания по управлению активами BlackRock уволила 40% сотрудников в рамках перехода к использованию искусственного интеллекта для подбора портфелей акций».
  • «Китайский производитель мобильных телефонов Changying Precision Technology сократил число сотрудников с 650 до 60 и в итоге планирует оставить только 20 работников».

К слову, в Changying уже успели подсчитать достигнутый рост производительности. Он составил 250% в месяц. Именно в силу очевидных конкурентных преимуществ для отдельных компаний и целых стран роботизация и компьютерная автоматизация производства товаров и услуг будут продолжаться, несмотря на социальные издержки. Возможно, при слишком больших издержках они просто на время замедлятся.

Проблема сегодня — в глобальном кризисе самого смысла экономической деятельности людей.

Похоже, не суждено сбыться мечтам социальных фантастов о том, что искусственный интеллект удовлетворится рутинными задачами, освободив человека для творческого труда. Выяснилось, что роботам и автоматизированным системам по силам не только производство товаров, уборка мусора, перевозка пассажиров, уход за больными, бухгалтерский учет, банковские операции, охрана территории и т.п. Зачастую искусственные создания лучше людей ставят медицинские диагнозы, делают хирургические операции, обучают школьников, пишут статьи, прогнозируют рыночную конъюнктуру, совершают научные открытия и т.д.

Что касается искусства, то, конечно, в этой необъятной вселенной места хватит всем. Но уже первые «шедевры», нарисованные искусственными нейронными сетями, завораживают. А что будет, когда ИИ обретет самосознание?

Конечно, среди аналитиков встречаются и оптимисты. Например, ведущий экономист Бостонского университета Джеймс Бессен считает, что задачи по обслуживанию робототехники втянут в себя большое количество высвобождаемых работников. Специалист напоминает, что в свое время развитие ткацкой промышленности только увеличило количество ткачей, а появление банкоматов только добавило работы банковским клеркам.

Однако на это хочется ответить, что комплексная роботизация и автоматизация создают совершенно новый уровень угрозы рынку труда. Например, уже сейчас ведутся эксперименты по созданию роботов, способных обслуживать и ремонтировать себя самостоятельно.

Кризис смыслов — пострашнее экономического

Проблема даже не в этом, а в глобальном кризисе самого смысла экономической деятельности людей.

Во‐первых, какой смысл делать бизнес и развивать экономику, используя дорогой человеческий труд, если практически любую работу можно будет передать роботам, действующим гораздо эффективнее людей?
Во‐вторых, какой смысл делать бизнес и развивать экономику, используя эффективный и дешевый труд роботов, если люди не смогут покупать товары и услуги?

Поиск ответов уже идет. Но не всегда эти ответы обнадеживают.

Пессимисты вообще считают, что смыслы станут роскошью, доступной 1% населения. А остальные будут в поте лица бороться за право попасть в обслуживающий персонал. Либо проедать скудное пособие в перенаселенных гетто (есть и совсем черные сценарии, в которых миллиарды «лишних людей» уничтожаются с помощью эпидемий и др.).

Например, бывший вице‐президент европейского отделения Merrill Lynch, а ныне руководитель Института нового экономического мышления Адэр Тернер опасается, что все ресурсы и высокооплачиваемые специалисты сосредоточатся в нескольких компаниях‐гигантах, а остальным придется довольствоваться крайне низкооплачиваемой работой.

Мнения же оптимистов звучат скорее утешительно, нежели убедительно.

Например, миллиардер Марк Кьюбан полагает, что через 10 лет гуманитарии будут востребованы больше инженеров и программистов: «технарей» смогут заменить машины, но гуманитарии способны оценивать работу машин и ставить перед ними достойные цели.

Автор книги «Бизнес в стиле Romantic» и TED‐спикер Тим Леберехт считает, что скоро людям останется только работа, в выполнении которой главное — красота, а не эффективность.

Технологии

Соучредитель Nоvara Media Аарон Бастани и другие сторонники так называемой теории FALC (Fully Automated Luxury (or Leisure) Communism) — «Полностью автоматизированный коммунизм роскоши (или досуга)» — уверяют, что вскоре деньги исчезнут, а люди будут без всяких угрызений совести проводить время в развлечениях, пользуясь плодами труда роботов.

Однако не ведет ли эта дорога в рай к окончательной деградации человечества?

Да и станет ли «коммунизм роскоши» работоспособной системой хотя бы на коротком отрезке времени? Профессор MIT Эрик Брайнджолфсон считает, что с технической точки зрения задача вполне достижима: в конце концов, многие вещи, ставшие сегодня средством первой необходимости (тот же смартфон, LSD‐телевизор и т.д.), еще недавно были предметами роскоши. Но, по его мнению, дорога к изобилию может оказаться каменистой по другой причине: проверенные временем бизнес‐модели и способы создания ценностей оказались разрушены.

А что появится взамен?

Очевидно, что фактор глобальной автоматизации — это некий «мотор», элемент давления в нашем «экономическом конструкторе». И какой выход нужно дать этому давлению? К чему присоединить «приводные ремни»?

Открыть Америку. На Луне и Марсе. Далее — везде

Известный российский футуролог Евгений Кузнецов напоминает в газете «Коммерсантъ», что в Средние века Европа была безнадежным аутсайдером и во всех отношениях уступала лидерам — Индии и Китаю (на каждую из этих стран приходилось тогда по одной трети мирового ВВП, а последняя треть — на весь остальной мир). Но азиатские гиганты предпочли изоляцию — и захирели. А Европа благодаря великим географическим открытиям консолидировалась и совершила технологический, экономический и цивилизационный скачок. Точно так же и сегодня, по мнению Кузнецова, человечество нуждается в космическом вызове, прорыве, просторе, чтобы развиваться дальше.

В отличие от первой космической гонки 1960‐х годов, сейчас основные игроки не только провозглашают громкие политические цели по отправке людей на Луну или Марс, но и развивают самоокупаемые космические проекты, решающие утилитарные и стратегические земные задачи.

Причем в авангарде идет бизнес: американские компании SpaceX и Blue Origin, российская «Энергия», китайские OneSpace и Landspace, французская Ariane­Space и др. С одной стороны, международное законодательство сегодня запрещает заниматься коммерческими запусками правительственным организациям. С другой — свойственные бизнесу подходы в определении целей, средств их достижения и критериев эффективности гарантируют устойчивое долгосрочное развитие космической индустрии.

Именно благодаря бизнес‐ориентированности многие еще недавно фантастические проекты становятся посильными для человечества. Так, создание постоянного поселения на Луне обойдется, по прогнозу NASA, всего в $10 млрд. Это в 5 раз дешевле Олимпиады в Сочи и почти в 20 раз — программы Space Shuttle.

Деньги на подобные проекты все реже берутся из карманов налогоплательщиков. Так, по данным Space Foundation, в 2015 году объем мирового космического рынка составил $322,9 млрд, из которых 76% пришлось на коммерческие услуги по запуску спутников и др.

Ракета SpaceX
На сегодняшний день уже сотни туристов побывали в космосе: путевка на 7-14 дней на Международную космическую станцию стоит $20-40 млн, полет на низкой околоземной орбите на космолете Virgin Galactic и возможность несколько минут парить в невесомости обойдутся в $250 тыс. Илон Маск недавно сообщил, что в 2019 году отправит двух заинтересованных клиентов в туристический облет Луны. Эксперты уже оценили стоимость билета в $50-100 млн. А Роман Абрамович однажды выразил готовность заплатить «Роскосмосу» за подобное удовольствие $300 млн.

В 2023 году NASA отправит миссию на астероид (16) Психея. Это тело диаметром 200 км, состоящее из редких металлов, включая золото, платину и медь, общая стоимость которых оценивается в $10 тыс. квадриллионов.

Для сравнения: весь земной ВВП составляет $73 700 млрд. До астероида лететь шесть лет (или 370 млн км). Поэтому вряд ли удастся в ближайшие десятилетия доставить астероид на земную орбиту и обрушить его на мировую экономику. Но уже сегодня несколько компаний в США, Китае и даже Люксембурге разрабатывают технологии добычи ископаемых на астероидах, чьи орбиты проходят недалеко от Земли.
Так шаг за шагом бизнес аккумулирует ресурсы, необходимые для создания и орбитальных поселений в ближнем космосе, и противоастероидной защиты, и баз на Луне и Марсе, и технологий межзвездных перелетов. Вне всякого сомнения, со временем космическая индустрия навсегда устранит проблему занятости людей и дефицита смыслов, экономических и общечеловеческих. Вселенная бесконечна — разгадывай ее тайны, осваивай, предпринимай.

Пессимисты полагают, что смыслы станут роскошью, доступной 1% населения. Остальные будут в поте лица бороться за право попасть в обслуживающий персонал.

Есть только одно «но». По оценкам экспертов (в частности, из Skolkovo Foundation), активное создание баз по всей Солнечной системе начнется в основном во второй половине XXI века, а космические поселения с миллионами жителей (не исключено, что генно‐модифицированных с учетом местных условий) появятся только в XXII веке.

Между тем глобальный кризис рынка труда, вызванный роботизацией и автоматизацией, уже на пороге.

Да, впереди у человечества — великие цели и возможности. Однако нужно как‐то продержаться несколько десятилетий.

Упростить жизнь

На эту цель работают сразу несколько трендов.

Безусловный базовый доход. Эксперименты в отдельных странах уже показали, что выплата гражданам базового дохода без привязки к работе не только не превращает большинство из них в бездельников, но и освобождает от страха перед нищетой и корпоративного рабства, побуждает развивать профессиональные таланты и личные бизнес‐проекты. С начала 2017 года проводится успешный эксперимент в Финляндии, запланирован в Канаде. По опросам, большинство граждан ЕС поддерживают эту идею.

В последнее время политики и экономисты объединяют ее с идеей «налога на роботов»: предполагается, что безусловный базовый доход будет формироваться из дополнительных отчислений от компаний, снижающих издержки и сокращающих штаты за счет автоматизации.

Локальные валюты и банки времени. В это движение также включены тысячи онлайновых и местных сообществ, которые особенно эффективны в периоды экономических кризисов. Когда у государства, компаний и работников нет денег, люди договариваются об обмене услугами на местном или глобальном уровне посредством условной валюты и обеспечивают друг другу достойный уровень жизни.

Демонетизация. Этот термин предложил основатель X PRIZE Foundation Питер Диамандис. Он обратил внимание на то, что практически во всех отраслях идут процессы, ведущие к резкому снижению цен, что делает многие товары и услуги предельно доступными или вообще бесплатными. Так, Google уже демонетизировал доступ к информации, Skype — международную связь, Craigslist — рынок частных объявлений, Airbnb — сектор краткосрочной аренды жилья и т.д. И этот процесс будет продолжаться в промышленности, медицине, торговле, сфере транспорта и других областях благодаря внедрению роботов.

Например, повсеместное внедрение автономных электромобилей, работающих от солнечных батарей, не только ликвидирует расходы на топливо и зарплату водителя, но и сведет к нулю количество аварий (а значит, отпадет необходимость в страховке и сократятся расходы на ремонт).

Движение Slow Life. Миллионы людей и сотни городов по всему миру уже включились в так называемое движение «медленной жизни», собравшее десятки направлений: «медленной еды», «медленного туризма», «медленного искусства», «медленного чтения», «медленных новостей» и т.д. Участники движения — люди и местные сообщества, которые сумели выйти из‐под гипноза потребительской гонки и сознательно замедляют темп своей жизни, чтобы ощущать ее вкус, проживать ее полнее, разделять ее между действительно важными делами и глубоким общением с близкими людьми.

Протез руки, распечатанный на 3D-принтере
3D‐печать. Если в промышленности, строительстве, медицине и других областях эта технология — часть автоматизированного, безотходного, эффективного производства, то в быту она повысит автономность домашних хозяйств. Люди смогут не выходя из дома распечатывать нужные им вещи из дешевого порошка. Помимо этого, 3D‐печать даст заработок многочисленным фрилансерам, которые смогут разрабатывать и продавать оригинальные 3D‐модели различных изделий — точно так же, как сейчас они зарабатывают посредством разработки сайтов и приложений.
Экономика совместного по­треб­ления. Миллионы людей по всему миру экономят на расходах, вскладчину эксплуатируя автомобили, катера и велосипеды, используя во время путешествий жилье друг друга, временно обмениваясь домашним и садовым инструментом, спортивным и туристическим снаряжением, бытовой техникой, посудой, мебелью и т.п.

Попутно это движение стимулирует производство более дорогих, но и более качественных, функциональных, надежных товаров с длительным сроком гарантийного обслуживания — и тем самым снижает нагрузку на экологию. (Здесь еще уместно вспомнить усилия политиков и активистов ряда стран по борьбе с так называемым запланированным устареванием техники, вынуждающим пользователей покупать новые модели без реальной необходимости.)

Эксперты считают, что движение совместного потребления получит еще один мощный импульс благодаря технологии блокчейн, которая повысит доверие между участниками сообществ.

Упростить бизнес

Избавление от иерархий. Согласно отчету Global Human Capital Trends 2017 компании Deloitte, сегодня только 14% руководителей считают, что традиционная организационная модель — иерархические уровни, основанные на знаниях в определенной области, — делает их компанию высокоэффективной. Ведущие корпорации все больше ориентируются на гибкие командные модели. Ведь небольшие команды — естественный для людей способ работать, обмениваться информацией, согласовывать планы, развиваться.
Поэтому компании будущего — не традиционные иерархии, а сети команд, в которых сотрудники могут самостоятельно выбирать для себя профессиональные роли и перемещаться между проектами, развиваясь профессионально и развивая бизнес в целом.

Избавление от посредников. Блокчейн — технология, получившая широкую известность благодаря использованию в знаменитой криптовалюте. В ее основу положена гениально простая идея. Транзакции — например, финансовые платежи, коммерческие договоры, голоса избирателей и т.п. — записываются в специальные блоки, связанные в цепочку. Каждый блок содержит информацию о предыдущем блоке. Поэтому, если попытаться подменить хоть одну запятую в любом документе, который содержится в базе, ломается вся цепочка и всем становится известен автор подделки. Таким образом, блокчейн работает надежнее нотариальных контор и государственных реестров.

Многие эксперты, включая Германа Грефа, прогнозируют, что блокчейн перевернет все без исключения отрасли — начиная с сельского хозяйства и заканчивая банками. Компании смогут взаимодействовать напрямую. Уровень взаимного доверия на рынке вырастет, многочисленные юридические, страховые, лицензирующие, контролирующие и прочие посредники станут не нужны. Издержки снизятся, цены упадут.

К избавлению от посредников и сопутствующих издержек ведет и так называемая уберизация бизнеса (вспомним феномен такси Uber) — создание телекоммуникационных платформ, позволяющих агентам рынка и покупателям их услуг взаимодействовать напрямую.

Этот процесс будет развиваться. В частности, не первый год мы прогнозируем появление платформ «все в одном». С их помощью начинающий и опытный предприниматель сможет выложить на суд потенциальных потребителей свою идею нового товара или услуги, собрать предварительные заказы, набрать команду, заключить договоры с заводом‐изготовителем, логистическими, маркетинговыми, торговыми структурами и др.

Платформа обеспечит всем участникам снижение расходов, высокую прозрачность бизнес‐процессов, безопасность расчетов и уменьшение других рисков. А это значит, что порог входа в предпринимательство резко снизится. И многие из тех, кто получит безусловный базовый доход и освободившееся время, смогут начать свое дело, создавая и предлагая рынку совершенно новые продукты. Формируя совершенно новые рыночные ниши и даже новые профессии.

Пазл сложился?

Вместо резюме

В этом веке человечество ждет множество чудесных событий. У нас появятся технологии получения почти даровой энергии, перемещения в любую точку мира за считаные часы, продления жизни на десятилетия и т.д.

Будут ли эти и другие открытия служить одному проценту населения или каждому из нас?

Это зависит от ответа на главный вопрос: как много человеческих смыслов останется в мире, где люди вынуждены сосуществовать с роботами?


Поделиться:
Популярные статьи
Загрузка...

Курс бел. рубля 22.01.2019
Нал. (банки Минска)
покупкапродажа
$12.15502.1570
12.44502.4520
p1003.23203.2450
Б/нал. (НБРБ)
$12.1506
12.4469
p1003.2401