врач с маской и антисептиком против коронавируса

Год с COVID-19. Вирус не изменился, а как изменились мы? Часть 2: что нас ждет впереди

Автор: Денис Стаджи
Мы прожили год с новым коронавирусом. И вряд ли кто-то станет спорить сегодня с тем, что человечество уже необратимо изменилось. Пандемия, совершенно не смертоносная в сравнении со всеми прежними, благодаря новой информационной паутине, опутавшей мир, стала феноменом, заставившей измениться общество — и каждого из нас. Оставим статистику специалистам и посмотрим на изменения в нас самих.

Увидим ли мы «поколение С»?

Денис Лавникевич
Денис Лавникевич
Колумнист Office Life
Недавно довелось прочесть небольшую, но очень важную статью в Bloomberg, где описано исследование, которое провел Bank of America (BofA). Его объектом стала молодежь из т. н. поколения Z, то есть люди, рожденные в 1996–2016 гг. В ходе исследования было опрошено более 14 тыс. представителей поколения Z (их еще называют «зумеры»).

Там много интересного, но мне было важно понять, как изменит мировую экономику бушующая уже ровно год пандемия Covid-19. И вот интересный вывод от экспертов BofA: они считают, что теперь мы увидим т. н. Gen C, или Covid-поколение.

«Это поколение, которое будет знать о решении проблем только с помощью фискальных стимулов и бесплатных государственных денег, открывающих путь для всеобщего базового дохода и доступа к медицинскому обслуживанию, — заявили стратегические аналитики банка. — Поколение C не сможет жить без технологий во всех аспектах своей жизни, их аватары будут протестовать виртуально в онлайн-мире Total Reality со своими друзьями по последнему культурному движению».

Впрочем, их привычка к жизни с глубоким проникновением в нее государства вполне может этому самому государству выйти боком. Потому что рядом будут соблазны красивой жизни, рождаемые либеральными экономическими идеями или даже анархо-капитализмом — а на вэлфер красиво жить не получится. Так что следующее поколение вполне может породить бунт, который станет зеркальным отражением BLM — уже не под левыми, а под праволиберальными флагами и лозунгами. И это только один из вариантов трансформации человечества под воздействием COVID-19 — и не самый худший. Потому что он относится только к странам «золотого миллиарда», где государства действительно могут взять и ввести всеобщий базовый доход в какой-то форме (по факту — большинство уже ввели или вводят).

Но есть и весь остальной мир, еще шесть миллиардов человек, которым не стоит рассчитывать на щедрость своих правительств. В свежем докладе ООН сообщается, что из-за пандемии коронавируса уже во II квартале 2020 года потеряли работу 195 млн человек. «Кризис COVID-19 погружает мировую экономику в рецессию с историческими уровнями безработицы и бедности», — отмечают эксперты организации. Причем кризис бьет по уязвимым местам социума — страдают малые и средние предприятия, работники сельского хозяйства, самозанятые, беженцы и трудовые мигранты.

Собственно, именно так и формируется революционная ситуация: большие корпорации кризис-то переживут, а вот действия «низов», лишившихся доходов и средств к существованию, могут стать непредсказуемыми.

В США социологи уже зафиксировали быстро растущий разрыв между кварталами и районами, где живут даже не «бедные» и «богатые» (то есть условное негритянское гетто не противопоставляется условному Манхэттену). А просто кварталы людей с доходом на 10−20% выше среднего — и, соответственно, на 10−20% ниже. В кварталах людей, которые зарабатывают меньше (но отнюдь не бедняки), COVID-19 бушует особенно сильно, а вот в кварталах более обеспеченных людей эпидемия быстро идет на спад.

Секрет прост: в современном мире больше зарабатывают люди более «интеллектуальных» профессий, а их как раз проще перевести на удаленную работу. Финансисты, дизайнеры, юристы, разного рода аналитики и маркетинговые консультанты, программисты и PR-менеджеры — все они свою работу могут как раз выполнять удаленно.

А вот куда более важные для жизни людей сантехники, пекари, продавцы, строители, автослесари, энергетики, коммунальные работники — они работать удаленно не могут (соответственно, заражаются во много раз чаще). Их труд оплачивается значительно менее щедро, чем работа «белых воротничков», прилежно шевелящих мышкой. Эти люди не только работают, активно контактируя с другими людьми, но и живут в бедных кварталах рядом с такими же, как они, и в силу дохода получают худшее медицинское обслуживание.

Год с Covid-19. Вирус не поменялся, а как поменялись мы? Часть 2: что нас ждет впереди?

Так COVID-19 становится в прямом смысле классовой болезнью. Это подтверждают, кстати, и недавние исследования Стэнфордского и Северо-Западного университетов США.

Наибольшее число заражений ковидом происходит в местах, где делает покупки малоимущее население: они более переполнены, и, следовательно, посетители подвергаются большему риску инфицирования. Модель прогнозирует, что одно посещение продуктового магазина в два раза опаснее для малообеспеченного человека, чем для человека с более высоким доходом в более дорогом магазине. Это связано с тем, что в продуктовых магазинах, которые посещают люди с низкими доходами, в среднем на 60% больше людей, а посетители остаются там на 17% дольше.

Можно ли выстроить общество по-новому?

В любом большом городе 40−60% занятых вынуждены работать, чтобы поддерживать жизнь в этом самом городе. Транспорт, связь, ЖКХ, торговля, логистика, полиции, МЧС и прочие коммунальные службы, медперсонал и т. д. Офисный же мир большого города — это всего около 20% занятых. Остальные работают, чтобы квартиры, где живут офисные работники (как и все прочие, это уже дело общее), не остались без света, канализации и интернета.

Очень хочется надеяться, что пандемия (если не COVID-19, то какая-нибудь следующая, Билл Гейтс нам ее уже пообещал) все-таки уничтожит города в их современном виде, как мегаполисы без конца и без края, ряды человейников с их скученностью и вечной неустроенностью. Если человечество куда-то двинется, то хотелось бы, чтобы это было движение в «новую коммунальность» — с самостоятельностью городов, промышленных кластеров и сельских районов. Из мира наций — в мир регионов, городов и коммун. Отказ от урбанизации: когда-то она была вызвана несовершенством транспортных средств в период индустриализации.

Грубо говоря, растущие заводы требовали массы рабочих (вчерашних крестьян), и никто не собирался каждый день возить их издалека — вот и росли мегаполисы. Сегодня общество и экономика устроены совсем иначе, реальной нужды кучковаться в плотно застроенных городах уже нет. А вот для вируса там как раз — раздолье.

Или, наоборот, мы увидим создание супергосударства, этакого «Мирового правительства»? Совмещение деурбанизации с новым тоталитаризмом? Или новый расцвет мира наций после отказа от глобализации?

А что будет с устройством общества? Ждет ли нас новый социализм — из-за того, что действующая система госуправления показала свою слабость в условиях пандемии и экономического кризиса? Или, наоборот, на волне бурного восстановления экономики наберет силу либерально-рыночный капитализм? У этих вопросов пока нет ответов. Более того, в разных частях Земли ситуация наверняка и развиваться будет по-разному.

Но будет кое-что общее — возвращение в реальную экономику. Обществу, поставленному в ситуацию борьбы за свое выживание, меньше нужны дизайнеры компьютерных игр, ему больше нужны электрики. Консультант по ландшафтному дизайну может быть престижной профессией в сытом и благополучном обществе, но когда нечего есть, люди скинутся и заплатят хорошие деньги агроному.

Год с Covid-19. Вирус не поменялся, а как поменялись мы? Часть 2: что нас ждет впереди?

Наконец, остается надежда, что в «новом мире» люди будут более свободными. Ведь ощущение безопасности мы уже утратили, надеюсь, скоро люди начнут задавать вопросы: «А почему мы слушаемся тех, кто все равно не может обеспечить нам безопасность?» Почему нам всем приказали надеть маски — и вот уже не собаки в намордниках, а люди? Почему нам велели сидеть на самоизоляции и через смартфон отчитываться о передвижениях — и все сразу согласились на электронный концлагерь? Простите, а вы, собственно, кто, чтобы нам указывать? В городе среди скученных и напуганных телевизором людей, живущих от зарплаты (или пособия) к зарплате, этот вопрос задать сложнее, чем там, где каждый живет на своей земле и сам за себя отвечает.

Люди, вирус и будущее

Человечеству придется учиться жить с COVID-19, как оно приучилось жить с гриппом. Только жертв будет больше. Я, кстати, ошибался, когда писал полгода назад, что создать вакцину от нового коронавируса не получится. Вакцины уже созданы, ведущие страны мира заключают контракты на их закупку, а бухгалтеры AstraZeneca, Pfizer и Moderna уже сломали калькулятор, подсчитывая грядущие прибыли.

С другой стороны, вакцина от гриппа существует уже давно, и что? Грипп все равно каждый год собирает свою смертельную жатву. Да и вот вы, читатель этих строк, лично вы — вакцинировались от гриппа? Поэтому нам предстоит привыкнуть к тому, что COVID-19 теперь все время будет рядом с нами, придет к нам в дом.

А с ним к нам вернется частичка здорового фатализма людей прошлого — когда не было антибиотиков, когда отправлялись в путешествия на годы, с примерно равными шансами вернуться и сгинуть без вести, когда война была занятием мужчин, а не безликих наемников. Когда люди сами несли ответственность за свою жизнь и свои поступки.

Еще важно то, что люди приближаются к пониманию: сидеть на карантине бесполезно. Да, карантин был важен в начале пандемии, но даже не для того, чтобы спасти людей, а чтобы еще не перестроенная «под вирус» система здравоохранения не захлебнулась потоком больных. Теперь карантин мало что даст каждому конкретному человеку — он будет на пользу разве что государственной статистике.

Также по поводу самоизоляции хорошо высказался директор Института свободной экономики Михаил Чернышев:

— Карантин — это изоляция больных людей. То, что предлагается в плане изоляции здоровых (якобы чтобы они не заразились), — это не карантин, а лишение свободы и средств к существованию людей, которые не совершили никакого преступления. Даже согласно их (государственной власти) Уголовному кодексу, это является уголовным преступлением. Возможно, это может показаться излишне резким. Но, к сожалению, именно так выглядит реальность, если не обманывать самих себя.

Человечеству придется заключить своего рода сделку со смертью. Согласиться с тем, что мы будем умирать более часто и неожиданно, что у наших стариков резко уменьшатся шансы стать долгожителями. Взамен же мы получим возможность вернуть себе экономику хотя бы уровня 2010 года. Потому что нельзя сидеть на карантине — и заниматься бизнесом (что бы вам ни рассказывали расплодившиеся консультанты по технологиям удаленной работы).

Особенно если этот бизнес связан с реальной, а не виртуальной экономикой. Нельзя через интернет подоить корову и убрать за ней навоз, однако водитель молоковоза и сидящий на удаленке менеджер по организации курсов дистанционного образования хотят кушать примерно одинаково. При очень разной зарплате. Так что, хотим мы того или нет, нашему обществу под влиянием пандемии придется вернуться к более справедливой оценке человеческого труда. И хорошо, если это произойдет без больших войн или социальных потрясений — бунт BLM сам по себе многому научил.

Скорее всего, в ситуации «войны человечества против вируса» нам придется прожить и 2021-й, и 2022-й годы.

Год с Covid-19. Вирус не поменялся, а как поменялись мы? Часть 2: что нас ждет впереди?

В самоизоляторах, масках, под цифровым контролем и резким сокращением мобильности, с остановкой значительной части городской (сервисной экономики), сворачиванием авиаперелетов и массового туризма, с закрытыми ресторанами и фитнес-центрами. С разрушением социальных контактов, в том числе в семьях между молодежью и стариками.

Думаю, большинство людей пока не понимает, насколько сильно может измениться жизнь в 2020-х. И уж точно никто не знает, как именно она изменится — мы можем лишь предполагать. Но от нас зависит, будут это изменения к лучшему или к худшему.

Фото: freepik.com


Курс бел. рубля 16.04.2021
Нал. (банки Минска)
покупкапродажа
$12.60202.6030
13.11503.1150
p1003.42203.4200
Б/нал. (НБРБ)
$12.6048
13.0957
p1003.5198