Детали
user

Денис Лавникевич

Колумнист Office Life

Станкостроительный симптом. Почему директор завода — опасная должность

Автор: Денис Лавникевич
Должность директора государственного предприятия давно пора занести в список наиболее опасных — наравне с профессиями лесоруба и шахтера. Потому что риск попасть под «комбайн» карательной государственной машины даже выше, чем под рухнувшее дерево или пласт породы.
Денис Лавникевич
Денис Лавникевич
Колумнист Office Life

Опять сажают

В Беларуси посадки директоров крупных госпредприятий давно не новость. «А, опять!» — меланхолично восклицают коллеги и приступают к изучению подробностей.

На этот раз 21-22 мая якобы прошли задержания директоров ряда предприятий в Гомеле, Витебске и Орше. Назывались следующие компании: ОАО «Станкозавод «Красный борец», ОАО «Завод «Визас», ОАО «Вистан».

Информация об этом сперва появилась на одном из телеграм-каналов (как неподтвержденная), и только через несколько дней об происходящем сообщил TUT.BY со ссылкой на «информированный источник». Однако до сих пор официально информация не подтверждена никем из правоохранительных органов, но и не опровергнута

Описал происходившее — и поймал себя на сильнейшем ощущении дежавю. Ведь, по сути, все мы это уже много раз видели в нашей стране. Именно это, в том числе именно со станкостроителями, — вспомните, как меньше года назад неистовствовал глава государства в Орше среди полупустых цехов с крысами и шприцами. Там ведь он тоже именно работу производителей станков разруливал, жизни учил и лично хозяйственные связи между соседними предприятиями налаживал...

«Бобруйскагромаш» — президенту: помогите нам с долгами / 

Да и вообще, за те 25 лет,на протяжении которых я пишу про экономику, а президент — руководит, подобная ситуация повторялась бессчетное количество раз. В разных вариациях, конечно, но всегда с сохранением коррупционной составляющей. Почему так происходит?

«Трудная» отрасль

Надо сказать, что станкостроение всегда было «трудной» и «капризной» отраслью, делать собственные станки не очень-то получалось и при Советском Союзе. Мои ровесники наверняка помнят, как брежневские пропагандисты негодовали по поводу поправки Джексона — Вэника — фактически это было американское эмбарго на поставку в СССР станков и высокотехнологичного оборудования, что сильно сдерживало советскую промышленность.

Независимая Беларусь унаследовала те же проблемы — наверное, кое-где в цехах МТЗ до сих пор работают металлорежущие станки, вывезенные из Германии в 1945-м и формально давно списанные.

Дело в том, что именно станкостроение как отрасль крайне чувствительно к качеству материалов и деталей. Года два назад старый промышленник с большим опытом работы на одном из гигантов белорусского машиностроения так описывал ситуацию в этой сфере:

Вот есть, условно говоря, крепление — без него деталь для станка не выточишь, там прецизионная работа. Я могу купить крепление за 5 рублей польское или за 2 рубля точно такое же белорусское. Польское сделано из качественной стали и прослужит долго, отечественное — из силумина, и я могу его сразу на свалку нести. Но спецификации производителями заявлены одинаковые. Поэтому если я куплю польские, но по 5, то ко мне очень скоро придут в погонах и спросят: почему купил? Если характеристики одинаковые, почему небелорусское и дешевле? И все, моя карьера закончена. Ведь я этого, в погонах, за станок не поставлю — самому надо посмотреть, с каким креплением работать можно, а с каким нет.

Но если я плюну и куплю белорусские крепления, то у меня не получится выпустить ту продукцию, которую от меня требуют. А главное — должного качества. Потому что там прецизионная точка и нужны нормальные крепления. То есть я завалю задание, например, от Госвоенпрома. И ко мне тоже придут в погонах, пусть немного позже. И тоже моя карьера закончится.

Значит, приходится хитрить, где-то обманывать, чтобы получить неучтенные деньги и на них купить нужное крепление, а по документам провести его как более дешевое от другого производителя.

Дело не в станках?

Хотя если вдуматься: сделать нормальный станок действительно сложно, а отмыть корову от навоза куда проще. Но ведь не отмывают. В ходе посевной правоохранители проводят сезонные рейды по агропредприятиям. После чего Генпрокуратура выносит представление об устранении нарушений министру сельского хозяйства и продовольствия — по результатам проверки исполнения антикоррупционного законодательства в системе ведомства.

Как заявил в эфире телеканала «Беларусь-1» председатель Комитета госконтроля Леонид Анфимов, проверки сельхозпредприятий в стране будут продолжены, чтобы руководители были в тонусе: 

Нарушений очень много. У меня просто душа болит, когда я называю эту цифру. То, что мы проверили, а, понятно, проверили не все, — 2,5 тыс. нарушений было по проверенным объектам.

Если какую-то проблему (в данном случае — разгильдяйство и коррупцию) не удается разрешить 25 лет даже сверхчеловеческими усилиями, значит, скорее всего, эта проблема системная. В данном случае она «зашита» в саму систему белорусского государственного капитализма, в котором для рядового работника ничего не поменялось. Помоет он корову или нет — в колхозе ему все равно заплатят копейки. Корова не его. Рабочий на заводе будет даже рад, если станок сломается. Работает он или все время «перекуривает» — президентские «папиццот» директор ему все равно заплатит. Обязан заплатить.

А вот директор — он пусть и вертится между молотом госпроверок и наковальней неэффективного предприятия. Потому что, если пробуешь работать «как надо» — ты однозначно виноват. Купил дорогие детали — виноват. Урезал зарплату работникам за простой и неэффективность — виноват: мы в социальном государстве живем, человек — на первом месте. Не купил дорого и зарплату не урезал — план сорвал — опять жди, когда придут в погонах... Как пришли в Гомеле, Витебске и Орше.


Курс бел. рубля 01.10.2020
Нал. (банки Минска)
покупкапродажа
$12.61002.6140
13.05803.0620
p1003.33003.3500
Б/нал. (НБРБ)
$12.6236
13.0727
p1003.3343