Возврату подлежит. Как и почему частный бизнес возвращает приватизированные активы государству

Возврату подлежит. Как и почему частный бизнес возвращает приватизированные активы государству

Автор: Антон Гордзялковский
В первой половине 2010-х преуспевающему бизнесмену и тогдашнему сенатору Александру Шакутину передали несколько государственных заводов, чтобы он попытался решить важную для отечественного машиностроения задачу — организовать выпуск конкурентной гидравлики. Но инвестор не справился. Два предприятия из трех, «Салео — управляющая компания холдинга» (бывший Дзержинский мотороремонтный завод) — с августа и «Салео-Гомель» (бывший «Гидропривод») — с сентября этого года, находятся в процедуре банкротства. Не исключен вариант, что заводы вернутся к первоначальному собственнику — государству. Office Life и деловой журнал «Бизнес-ревю» вспоминают самые яркие аналогичные «возвраты».

В истории современной Беларуси масса примеров, когда приватизированные заводы возвращались государству вопреки воле их частных собственников. «Мотовело», «Спартак» с «Коммунаркой», «Керамин», Оршанский авиаремонтный завод, «Пинскдрев», «Динамо-Минск» — это примеры состоявшихся национализаций, и этот список можно продолжить на полстраницы.

Примеров, когда сами частники выходили из бизнесов, чтобы скинуть ставшую по разным причинам неподъемной ношу, меньше. Топ-5 ярких историй — в этом обзоре.

Не дождавшийся судна

В 2009 году для спасения белорусской судостроительной отрасли, оставшейся после распада Советского Союза без ключевых заказчиков и, соответственно, без ресурсов, государство попыталось привлечь частный капитал.

Выбор пал на известного нефтетрейдера, владельца компании «Белтопэнерго» Василия Варфоломеева. Указом Александра Лукашенко ему разрешили приобрести двух из четырех представителей отрасли — судостроительно-судоремонтные заводы в Гомеле и Речице. В советское время первый из них производил знаменитые пассажирские теплоходы на подводных крыльях «Полесье», второй специализировался на выпуске несамоходных речных судов и барж. Во времена независимости заводы перебивались редкими заказами, производя в том числе корпуса судов типа «река — море» для голландского заказчика и понтоны для перевозки тяжелой техники для Габона.

По условиям сделки с государством, Василий Варфоломеев должен был взять на себя погашение долгов перед бюджетом, сохранить профиль и инвестировать в переоснащение. Но в итоге ничего из этого не сделал, так как через некоторое время отказался от предложенных активов.

Гомельский судостроительно-судоремонтный завод
Гомельский судостроительно-судоремонтный завод. Фото: gomel.today

Судьба этих предприятий и всей отрасли печальна. Речицкий судостроительно-судоремонтный завод в 2010 году был присоединен к Белорусскому речному пароходству. Имущество обанкротившегося завода в Гомеле в 2012-м передали гомельскому порту. Завод в Петрикове тоже прекратил существование, будучи преобразован в ремонтно-эксплуатационный участок предприятия «Нижне-Припятское». Старейший представитель отрасли, завод в Пинске, начал банкротиться в 2018 году и сейчас в рамках этой процедуры проходит санацию.

Треснувший холдинг

Если Варфоломеев мог взять под свой контроль по крайней мере часть судостроительной отрасли, то его коллега Александр Муравьев замахнулся практически на монополию того, что связано с производством стекольных изделий.

На пике существования его «стекольная империя» объединяла пять производственных площадок в Беларуси и России, а также сеть дистрибьюторских компаний на постсоветском пространстве и в Европе. Бизнесмен вел переговоры о приватизации «Гомельстекла», планировал возведение еще одного завода в Смолевичах и сделал первые шаги по строительству Мозырского содового завода.

Жемчужиной «стекольной империи» Муравьева стал стеклозавод «Елизово», приобретенный им в 2002 году. Муравьев выкупил долю у хозяйничавшего на нем предшественника и на долгие годы превратил предприятие в главный источник доходов в рамках своей стекольной группы.

Однако масштабировать бизнес ему не удалось, а глобальные и региональные кризисы первой половины 2010-х подорвали финансовое благополучие бизнесмена. Он успел продать завод в России, а большинство других предприятий «стекольной империи» в течение 2014–2016 годов было признано банкротами и постепенно ликвидировано. За исключением предприятия в Елизово, которое с царских времен является главным работодателем для местных жителей.

Стеклозавод «Елизово»
Стеклозавод «Елизово». Фото: grodnoglass.by

Чтобы сохранить несколько сотен рабочих мест, имущественный комплекс стеклозавода «Елизово» в 2018 году перешел под контроль государственного Гродненского стеклозавода.

Неплодородные колхозы

С середины 2000-х государство настойчиво навязывало частному бизнесу убыточные колхозы. Рудименты этой политики — сельскохозяйственные активы, которыми владеют через свои дочерние структуры в Беларуси мексиканский миллиардер Карлос Слим Элу (ключевой владелец A1), австрийские (Raiffeisen Bank International) и российские (Группа ВТБ) банкиры, финский ретейлер Kesko и др.

Гораздо больше список частников, белорусов и иностранцев, которые были вынуждены вернуть государству колхозы. Из этого списка мы выделили три истории.

В 2000 году владельцы немецкой компании Stotz Agro-Service, которая с 1990-х реализовывала крупные контракты на поставку в Беларусь сельскохозяйственной техники Claas и других брендов, приобрели два колхоза в Смолевичском районе. На их базе было создано предприятие «Штотц Агро-Сервис», которое власти долгое время использовали в качестве примера привлекательности отечественного АПК для частных и иностранных инвестиций.

Предприятие Лоренца-Петера Штотца и Вальтрауда Шустака ходило в середняках белорусского агропрома до середины 2010-х. А потом начались проблемы, стали накапливаться долги перед поставщиками, налоговиками. Последние в итоге и подали в середине 2017 года в суд заявление о возбуждении производства по делу о банкротстве «Штотц Агро-Сервиса». Глубокое изучение ситуации на предприятии не оставило суду иного выхода, как ликвидировать бизнес. Этот процесс и происходит в настоящее время. Что до имущества «Штотц Агро-Сервиса», то у него «старый новый хозяин» — местные власти.

Примерно в то же время, когда суд рассматривал дело Штотца, уже упоминавшийся белорусский бизнесмен Александр Шакутин попытался масштабировать свой сельскохозяйственный бизнес на родине Лукашенко.

Шакутин оказался в первой волне частников, которые в середине 2000-х «по просьбам» властей покупали убыточные колхозы. Каким-то образом бизнесмену удалось заполучить актив на Шкловщине, создав на его базе компанию «Амкодор-Шклов», и на протяжении многих лет обеспечивать, в общем-то, приличный уровень производства.

Агрохолдинг «Купаловское»
Агрохолдинг «Купаловское». Фото: mogilevnews.by

В 2017 году у властей появилась идея добавить к «Амкодор-Шклову» еще несколько предприятий и создать региональный аграрный холдинг. Так появился холдинг «Купаловское», в котором компания Шакутина получила 92%. Однако ключевым собственником «Купаловского» бизнесмен пробыл менее года: в 2018-м он подарил долю Шкловскому райисполкому. В «Купаловском» остался и его «Амкодор-Шклов».

Третья история приватизации закончилась возвратом «непонравившегося» актива в прошлом году.

В 2004-м совладелец Торгового дома «Ждановичи» Евгений Шигалов стал владельцем убыточного сельхозпредприятия в Минском районе, которое через некоторое время получило новое название — «Тарасово».

В 2012 году для расширения сырьевой базы к «Тарасово» было присоединено бывшее хозяйство Минского производственного объединения вычислительной техники в Воложинском районе «Раков-Агро», а через год еще два хозяйства этого региона — «Пугачи» и «Агро-Доры».

«Тарасово» на протяжении многих лет было одним из крупнейших владельцев земельного фонда на территории Беларуси. Но в 2014 году Шигалова не стало, в 2016-м умер его младший партнер Михаил Прокопович, а их наследники не захотели заниматься аграрным бизнесом. В прошлом году филиалы на Воложинщине вернулись под крышу районного управления сельского хозяйства и продовольствия.


Курс бел. рубля 20.01.2021
Нал. (банки Минска)
покупкапродажа
$12.54802.5520
13.08903.0960
p1003.45003.4520
Б/нал. (НБРБ)
$12.5881
13.1249
p1003.4247