Деньги
user

Леонид Фридкин

Колумнист Office Life, экономист

Либерализация закончилась? Чем грозит бизнесу новая зарплатная схема Лукашенко

Автор: Леонид Фридкин
Отношения бизнеса и государства вступают в новую фазу. Вместо реальной помощи в период кризиса власти предъявляют частному сектору претензии, способные окончательно разрушить хрупкое равновесие и добавить новые проблемы в экономике.

Так, в начале июня президент Александр Лукашенко потребовал проверить, по каким причинам частные компании увольняли людей в последние месяцы. Месяц спустя появилась еще одна идея, которую глава государства предложил «реализовать, чтобы взяли на контроль». На этот раз речь идет о регулировании зарплаты в частном секторе. «Надо взять примерно 10 ведущих предприятий страны. Допустим, «Атлант», МАЗ, БелАЗ, которые имеют самый высокий уровень зарплат. Наверху — самая высокая, десятое — пониже. Взять среднюю зарплату этих 10 и довести к исполнению всех частников, — заявил президент. — Частные предприятия не могут платить зарплату ниже своим работникам и подчиненным специалистам, чем 10 ведущих предприятий. Таким образом мы проконтролируем и заработную плату у тех, кто себя считает «свободным от всего».

Все лучшее — частникам: Лукашенко придумал новый эталон зарплат / 

Это новшество очень удивило частников, у которых сейчас и так серьезные проблемы. Они, в отличие от госпредприятий, не имеют доступа к льготному финансированию, не могут себе позволить работать на склад, игнорировать требования кредиторов, не опасаясь банкротства. Реальной помощи от государства в связи с пандемией они так и не дождались. 

Нынешняя ситуация на рынке труда меньше всего располагает к резким движениям в вопросах заработков. Убытки от мартовской девальвации и «вирусного» кризиса вынуждают экономить на всем, включая расходы на персонал. Административное вмешательство тут весьма некстати.

Помнится, в декрете № 7 декларировалось, что одним из принципов взаимодействия государства и бизнеса станет «минимизация вмешательства государственных органов, их должностных лиц в предпринимательскую и иную экономическую деятельность субъектов хозяйствования». Но терпеть такое рыночное безобразие власть больше не в состоянии.

Унесенные зряплатой

С чисто экономической точки зрения попытка регулирования оплаты труда выглядит еще опаснее. Напомню, что в 2019 году реальная зарплата выросла на 7,3% (почти вдвое больше прогноза), а производительность труда по ВВП вместо запланированных 3,8% — только на 1,4%. Таким образом, зарплата росла в 5,2 раза быстрее, чем производительность труда, а 2018-м — в 3,7 раза. Помнится, в прошлом разница бывала и повыше: в 2012–2013 гг. — в 6,1 и 9,6 раза соответственно или на 18 и 14,7 п. п. Тогда чиновники регулярно вызывали руководителей предприятий, в т. ч. частных, на ковер и требовали увеличения зарплат. Результатом этих административно-командных усилий были трехкратная девальвация и гиперинфляция, последствия которых ощущаются по сей день.

Казалось бы, урок более-менее усвоен — хотя бы на бумаге. В программах двух последних пятилеток неизменно декларировалось намерение обеспечивать повышение зарплаты при адекватном росте производительности труда. Однако в 2000–2018 гг. реальная зарплата в республике выросла в 4,9 раза, реальные располагаемые денежные доходы населения — в 3,8 раза, а производительность труда — в 2,2 раза. В частности, если в 2001–2005 гг. производительность труда в среднем росла по 7,5% в год, то в 2011–2015 гг. — только на 1,2%, а в 2016–2018 гг. вообще на 1%. Но власти это, похоже, больше не беспокоит. Кому-то кажется, что рост незаработанных зарплат при падении производительности труда пройдет безнаказанным. Но так не бывает.

Кто для кого пример

Брать за эталон и даже просто сравнивать заработки предприятий разных размеров и отраслей — занятие вообще более чем странное. Но если уж сверху постучали, придется.

По  данным Исследовательского центра ИПМ, реальная зарплата в 2016–2019 гг. росла в среднем на 5% в год на госпредприятиях и на 3,1–3,2% — на предприятиях смешанной собственности с долей государства до 5%, но из-за падения списочной численности занятых фонд заработной платы в реальном выражении немного сократился. Почти четверть прироста ФЗП в реальном выражении обеспечили бюджетники. Зато частный сектор, включая иностранные предприятия, обеспечил 4/5 прироста ФЗП, причем зарплаты здесь росли гораздо быстрее. Так, в 2012 году средняя зарплата на предприятиях республиканской собственности была на 21,3% больше, чем в среднем по стране, в 2019-м — на 19,7%, тогда как в частном секторе — на 7,1 и 20,7% соответственно. 

Если 8 лет назад зарплаты в государственном и частном секторах были почти равны (в госсекторе немного выше), то в 2019-м зарплата на госпредприятиях составляла всего 81% от зарплаты в частном секторе. Так что ростом зарплат и преодолением заветного «тысячного» рубежа экономика обязана частникам в гораздо большей степени, чем госпредприятиям.

В I квартале 2020 года номинальная начисленная среднемесячная заработная плата по госпредприятиям составляла 1076,6 рубля, в т. ч. в организациях республиканской собственности — 1301,1 рубля, коммунальной — 859,5, с долей государства 50% и более — 1059 рублей, а менее 50% — 1126,5 рубля. Между тем средняя зарплата в этот период по республике достигала 1155,4 рубля.

Почему бы не пойти другим путем — вывести заработки на госпредприятиях на уровень флагманов как государственного, так и частного сектора. К примеру, устанавливать в сельском хозяйстве зарплату на уровне лидеров ПВТ, в рыболовстве — как в авиации или в пищевой промышленности — как в нефтепереработке. Кстати, во многих сегментах обрабатывающей промышленности зарплаты в мае были куда ниже средней по стране. Например, в производстве автомобилей — на 2,7%, отдельных видов электрооборудования — на 16,7%, а в легкой промышленности — вообще на 38,2%.

При этом, по данным экспертов, производительность труда в госорганизациях в целом по экономике на четверть меньше, чем в частных компаниях, и в 3 раза ниже, чем в иностранных организациях. Так кто кому должен быть примером?

Поднимать зарплаты в период рецессии — только усугублять ситуацию. По итогам четырех 4 месяцев 2020 года в республике 22,2% организаций убыточны, почти треть не имеет собственных оборотных средств. Так что зарплату повышать им попросту нечем — что государственным предприятиям, что частным. Но если уж начальству так хочется, почему бы начинать «трясти» низкозарплатные организации не с бывших колхозов (ныне аграрные ОАО и коммунальные УП), государственных больниц, школ и детских садов.

***

Если для частных компаний будет установлен какой-то лимит минимального или среднего заработка, то пользы от этого никакой не будет. Некоторые предприятия лишь посмеются — там зарплаты гораздо выше, чем на любых госпредприятиях. Другим придется просто увольнять людей — прежде всего вспомогательный персонал, передавать все возможные процессы на аутсорсинг, а там, где это не получается, вообще закрываться. Но будет куда более серьезное последствие. Частники поймут, что период либерализации, воплощением которых стал пакет «революционных» указов и декретов, закончен и наступает время закручивания гаек. Следовательно, надеяться на дальнейший диалог с государством и поддержку предпринимательства больше не приходится. Утрата достигнутого доверия обернется серьезным спадом деловой активности. Так что разбираться с наполнением бюджета и созданием рабочих мест будет гораздо сложнее.

Попытку заставить частников «привязать» свои зарплаты к уровню каких-то государственных «флагманов» нельзя назвать даже популизмом. Это скорее еще одна угроза в адрес предпринимательского сословия, посмевшего несколько политизироваться. К чему это ведет, каждый историк знает — завтра как раз день взятия Бастилии в календаре. Это наши бизнесмены из дел давно минувших дней уроки извлекать еще не умеют, а начальству всегда виднее...

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Office Life Telegram


Курс бел. рубля 23.10.2020
Нал. (банки Минска)
покупкапродажа
$12.54202.5460
13.00303.0100
p1003.29803.3100
Б/нал. (НБРБ)
$12.5460
13.0173
p1003.3034