Нацбанк
user

Леонид Фридкин

Колумнист Office Life, экономист

Лукашенко приказал Нацбанку стать мягче: что это значит и к чему приведет

Автор: Леонид Фридкин
За предвыборными баталиями почти незаметно для широкой публики произошли важные изменения в экономической сфере. На совещании по мерам поддержки реального сектора экономики со стороны банковской системы, состоявшемся 19 июня, президент Александр Лукашенко провозгласил новый вектор денежно-кредитной политики в Беларуси.

Нынешние власти не видят другого пути выхода из очередного кризиса, угрожающего стабильности всей социально-экономической системы. Наличие катастрофы в экономике и внутренние причины кризиса не признаются — речь идет лишь об «определенных проблемах, связанных с тем, что мир закрылся». Но и этого достаточно, чтобы попытаться монетарными и административными мерами как-то вырваться из рецессии. Официальная версия — концентрация ресурсов в экономике на помощи людям и тем предприятиям, «которые попали в сложную ситуацию и действительно нуждаются в поддержке».

Сколько стоит рост

Аргументы, не вписывающиеся в новую концепцию, не принимаются: «Если в Нацбанке и отдельные члены правительства этого не понимают, значит, готовьтесь на выход». Чтобы сконцентрироваться и все ресурсы объединить, власти готовы на многое: начиная с перевода счетов госпредприятий из банков с российским капиталом в госбанки и заканчивая отказом от общепринятых мер пруденциального надзора.

Стратегическая тема дальнейшего кредитования экономики сводится к задаче достижения среднемировых темпов роста уже со следующего года. На совещании откровенно было объявлено, что пора изменить жесткую денежную и валютную политику, которая проводилась последние 5 лет. 

По мнению президента, пора использовать накопленные «на черный день» резервы. Правда, точно неизвестно, наступил ли этот день и как себя поведет мировая экономика. Надо понять, «сегодня — это черный день или будет еще чернее, как у других государств».

Пока эти другие в кромешной темноте выделяют миллиарды долларов на поддержку своего бизнеса и населения, в Беларуси принято решение «задать устойчивый тренд на смягчение финансовой политики». Предписывается использовать все инструменты для пополнения ресурсной базы банков: депозитных аукционов Минфина, ослабления резервных требований Нацбанка для поддержания ликвидности, прибыли банковской системы и т.п. Главный акцент — постоянно наращивать кредитование экономики. При этом президент «сориентировал» Нацбанк на дальнейшее снижение ставки рефинансирования — по примеру других стран, пытающихся оживить свою экономику. В придачу Лукашенко заявил, что премьер-министр и глава Нацбанка отвечают за рост ВВП и доходов населения, сдерживание цен, а «с сегодняшнего дня председатель Нацбанка является главным помощником премьер-министра по выплате заработной платы и работе предприятий».

Таким образом, Нацбанк утрачивает даже формальные признаки независимого регулятора. Теперь можно и не утруждаться попытками получить какие-то заимствования МВФ, для которого статус центробанка — один из основных ковенантов сотрудничества. Попытка получить у фонда $940 млн быстрого финансирования в связи с пандемией коронавируса уже провалилась — президент счел неприемлемыми условия МВФ, так же как фонд не понял, почему надо помогать стране, которая никаких масштабных мер по борьбе с коронавирусом не принимает и уверяет, что она от пандемии почти не пострадала.

В первую очередь приказано кредитовать крупные предприятия, «где большая численность занятых и которые пострадали из-за коронавируса». Вообще-то, пострадали они больше от очередной девальвации, которая добавилась к имевшимся финансовым, технологическим и управленческим проблемам. Но это неважно. Интересы госсектора не потерпят снижения лимитов перекредитования и роста ставок из-за базельских стандартов и прочих буржуйских штучек, позволяющих банкирам получать бонусы и премии. О них велено забыть.

Заодно президент не упустил возможность еще разок припугнуть предпринимателей. Он пообещал «железобетонно» разобраться, как выплачивается зарплата на частных предприятиях, особенно там, где «заигрались в политику вместо того, чтобы заниматься бизнесом, расширять его, углублять и смотреть за своими людьми».

Клиентоориентированный наезд

Почему-то президент вдруг заинтересовался качеством банковского обслуживания «с точки зрения удовлетворенности потребителей его работой». Между тем Нацбанк почти 3 года измеряет такое качество — как отношение количества обращений клиентов к количеству счетов на конец квартала. Чем ниже показатель, тем лучше считается депозитное обслуживание. К примеру, в первом квартале 2020 года он составил 0,021% против 0,018% годом ранее и 0,015% в четвертом квартале 2019 года. За год число обращений выросло на 16,3% — с 330 до 382, а счетов — сократилось на 2,1%, до 1,85 млн.

В этой сфере было бы логично обратить особое внимание на три госбанка, в которых содержится более 2/3 вкладов граждан. Однако власти предпочитают переводить в них счета госпредприятий, а на частные банки, в том числе с российским капиталом, — «стрелки» своего и народного недовольства. Если, конечно, те не загладят вину щедрым предложением кредитов, которые мы, так и быть, возьмем — если условия понравятся.

Столь же неожиданно президент заинтересовался жалобами предприятий на завышенные расценки на банковские услуги и потребовал, чтобы Министерство антимонопольного регулирования и торговли до сентября навело здесь порядок.

Помнится, в 2005-2010 годах регулирование этих тарифов существовало и у нас. В 2011-м его отменили, а в 2016-м Нацбанк предложил банкам и ретейлу договариваться самостоятельно. С тех пор отраслевые ассоциации неоднократно призывали власти помочь снизить тарифы на эквайринг и вознаграждение ЕРИП. Нацбанк отделывался отговорками, а правительство и МАРТ в вялотекущий конфликт практически не вмешивались.

Кстати, в ЕС и в некоторых других странах размеры межбанковской комиссии законодательно ограничены. В России Центробанк недавно получил полномочия на такое регулирование и ограничил до 30 сентября 2020 года комиссию банков по ряду онлайн-операций до 1%.

Теперь в тарифный спор вмешался лично глава государства. Разумеется, то, что это произошло во время избирательной кампании, — чистая случайность.

Вертолет с деньгами готовится к взлету

Хотя принцип «разбрасывания денег с вертолета» власти на словах неизменно отрицают, в реальности дело идет именно к этому. Повышение пенсий, обещание роста зарплат, списание долгов и выдача нерыночных кредитов в госсекторе — такой вот путь смягчения денежно-кредитной политики. Пока в помощь предприятиям «с не очень устойчивым финансовым положением» выделен лимит государственных гарантий на 1,2 млрд рублей. Но можно не сомневаться, что его по мере надобности увеличат как угодно.

Правда, глава Нацбанка Каллаур заявляет, что в банковской системе достаточно ликвидности, но хватит ли ее на очередные эксперименты? Ведь если президент с подачи правительства потребует подкинуть деньжат тем, кого надо поддержать, придется дать. В том числе и без того закредитованным убыточным предприятиям, способным улучшить свое финансовое положение лишь за счет бухгалтерских манипуляций.

«В целом банковская система вместе с правительством готовы оказывать поддержку предприятиям, — сообщил Каллаур. — У меня есть убеждение, что если мы продолжим действовать скоординировано, то проблем с секторами экономики возникнуть не должно». Уже сейчас для содействия желающим реструктуризировать задолженность и получить кредиты для выплаты зарплаты создана специальная группа под руководством замглавы Администрации президента Дмитрия Крутого.

Обычно снижение ставки рефинансирования и увеличение кредитования ничем не грозит, пока сохраняется достаточно низкая инфляция, монетизированный спрос не превышает предложение, а доходы населения адекватны уровню производительности труда. 

Уже сейчас на погашение кредитов уходит 29,7% выручки предприятий — больше, чем в предыдущие 5 лет, а в промышленности этот показатель достиг 39%.

Можно ожидать, что рост закредитованности некоторое время будет подтягивать спрос и рост экономики в целом — пока не возникнут трудности с обслуживанием долгов и не ускорится инфляция. Но, скорее всего, власти будут по привычке решать первую из этих проблем, «закапывая» долги в отсрочки и неликвидные акции, а вторую — административным регулированием.

Попытки восстановить рост белорусской экономики в нынешних условиях с помощью мягкой денежно-кредитной политики — шаг весьма рискованный. Некоторые из нас помнят не только «лихие 90-е» (хотя до хождения в лаптях и без штанов, о чем говорил президент, дело и тогда не доходило), но и кризис 2011-2012 годов, вызванный необоснованным ростом незаработанных зарплат и потоком кредитования неэффективных госпредприятий. Если начальству очень хочется, можно повторить...


Курс бел. рубля 28.09.2020
Нал. (банки Минска)
покупкапродажа
$12.62402.6290
13.05503.0630
p1003.32503.3430
Б/нал. (НБРБ)
$12.5992
13.0318
p1003.3813