Рана Ирана: как конфликт на Ближнем Востоке влияет на финансы всего мира (и Беларуси — тоже)
Итак, в чем «новизна» происходящего?
-
В отличие от прошлых краткосрочных ударов по Ирану и его ответов сейчас вероятна большая длительность военных действий. Острота инцидента гораздо глубже: убиты члены высшего политического и военного руководства Ирана, вокруг страны сосредоточена беспрецедентная военная сила, но нет пока признаков примирения или победы одной из сторон.
-
Под удары вовлечены многие другие страны, не входящие в конфликт, чего не было раньше. ОАЭ, Катар, Саудовская Аравия, Кувейт, Бахрейн, даже Кипр, Азербайджан и другие. Это не просто мирные страны, но средоточие нефте- и газодобычи. И, например, ОАЭ — молодой центр притяжения мировых финансов, бизнеса, туризма. В противовес во многом США. Удары Ирана по этим территориям — удары не только по добыче нефти, газа, но и против альтернатив Соединенным Штатам и доллару, снижение привлекательности таких альтернатив.
-
Перекрытие поставок углеводородов по Ормузскому проливу, где проходит до 20% мирового трафика нефтегаза, прежде всего для Азии и Европы. Раньше это была только угроза, теперь — реальность. С потопленными там танкерами, отказом компаний от движения по данному маршруту.
Последствия такой ситуации крайне весомы.
-
Цена нефти марки Brent подскочила за неделю на 25% — с $72 почти до $90. А стоимость газа в Европе — на 60%. Речь идет о риске масштабного энергетического кризиса из-за физической нехватки топлива в ЕС, многонаселенных странах Азии. Это был бы сильный удар по производству, домохозяйствам, торможение экономики в мире.
-
Доллар на валютном рынке получает преимущество. Во-первых, как защитный актив, на который растет спрос при катаклизмах в политике и экономике. Во-вторых, на фоне ослабления из-за рисков ведущих европейских и азиатских валют — евро, фунта, иены, юаня.
По расчетам Barclays, удорожание газа на 10% ведет к падению евро на 0,5–1%, рост стоимости нефти на 10% укрепляет доллар на 0,5–1%.
В-третьих, это валюта страны — экспортера углеводородов, на которые растут цены. В-четвертых, из-за возможного подъема инфляции на удорожании энергии есть вероятность дольше не снижать высокую ставку ФРС США — 3,75%. Сейчас уже 69% инвесторов ждут ее сохранения на этом уровне в июне. Хотя неделю назад таких было лишь 47%.
В результате индекс доллара США USDX — его отношение к шести основным валютам — с начала марта подскочил с 97,7 п. к 99,3 п.
Перспективы движения активов зависят от малопредсказуемых сейчас нюансов развития ситуации.
Если война продлится долго, несколько месяцев, то усилится вероятность ухода цен нефти к сакраментальным $100, а индекса доллара — к 100 п. Ситуация 100 на 100? Пока это не 100%-ная вероятность... Но очень возможно.
Или напряжение может ослабнуть в случае возвращения сторон к переговорам, нахождению компромисса, приостановке военных действий по иным причинам.
А что в Беларуси?
Во многом из-за роста доллара в мире он поднимается и по отношению к белорусскому рублю. Office Life неделю назад предполагал такое укрепление к 2,87–2,88 рубля. Эти цели были не только достигнуты, но на фоне иранских событий валюта ушла и выше — к 2,93 рубля по курсу Нацбанка.
В случае вероятного продолжения данной тенденции из-за указанных и иных факторов возможно достижение максимума 2026 года — 2,96 рубля за доллар.
Мнение автора не является инвестиционной рекомендацией.
