Пять ярких новинок художественной прозы, с которых стоит начать читательский год
«Исход(ы)», Джулиан Барнс
«Жизнь, вопреки обещаниям религии, — это не трагедия со счастливым концом; это скорее фарс с трагическим концом или в лучшем случае легкая комедия с печальным финалом. Или, по старинному выражению, это „комедия для тех, кто мыслит, и трагедия для тех, кто чувствует“».
Новая, 15-я по счету книга современного британского классика, лауреата Букеровской премии Джулиана Барнса вышла одновременно во многих странах мира в январе 2026 года — к 80-летию автора. По словам писателя, это его последняя работа.
В своем заключительном разговоре с читателем Барнс остается верен себе: его проза предельно искренна и иронична. В фокусе внимания — темы памяти, быстротечности жизни, старения и неизбежности смерти. Жанрово книга балансирует между художественной прозой, мемуарами и эссе, но сюжетным стержнем становится история любви университетских друзей писателя — Стивена и Джин. Спустя годы они пытаются возродить былые чувства. Барнс называет это «синдромом повтора» и размышляет о том, что исход не предопределен, он может быть каким угодно.
Само название, «Исход(ы)», подчеркивает множественность финалов: это не только смерть, но и уход из любви, из отношений, из литературы. «Буду по тебе скучать», — пишет автор читателям в конце книги, словно напоминая, что жизнь продолжается, даже если знаешь, что она конечна.
«Мои друзья», Хишам Матар
«Глупо думать, что мы свободны от истории, это все равно что не зависеть от гравитации».
В 2011 году директор лондонской школы попросит одного из учителей, Халеда Абд аль Хади, подготовить доклад об Арабской весне для общешкольного собрания. Тот ответит, что слабо разбирается в политике — и это будет ложью. События, всколыхнувшие его родную Ливию, он и его соотечественники ждали все 42 года правления Каддафи.
Когда в начале 1980-х 17-летний Халед уехал из Бенгази в Эдинбург изучать литературу, он не мог представить, что после демонстрации у ливийского посольства в Лондоне не сможет вернуться домой. Более 30 лет его связь с родиной будет заключена в двух ближайших друзьях. Вместе им предстоит начинать жизнь заново: вдали от семьи, языка, культуры — хотя никто из них этого не планировал.
Хишам Матар, британо-американский писатель ливийского происхождения, создал пронзительный и универсальный роман о дружбе, изгнании и поиске дома. На протяжении всей книги автор исследует, что такое настоящая дружба.
Его ответ прост: дружба — это не столько действия, сколько осознание присутствия в твоей жизни человека, который где-то тоже думает о тебе. Вы можете быть совершенно непохожими, идти разными путями, достаточно вместе мыслить, чувствовать и читать одни и те же книги.
Мастерство Матара — в умении передать невыразимое, все то, что не выговорено, оставляя между строк пространство для эмоций читателя. Кажущийся сдержанным и неторопливым, этот роман постепенно набирает силу, добирается до сердца и заполняет пустоты, о которых вы, возможно, даже не догадывались.
«Участь Мэри-Роуз», Кэролайн Блэквуд
«Она умерла еще до того, как я узнал о ее существовании...»
С первых строк автор дает понять: ни героям, ни читателям пощады не будет. Лаконично и безжалостно Блэквуд рассказывает историю юной Мэри-Роуз, демонстрируя, как несправедлива может быть судьба и как трагична участь ребенка, окруженного ненадежными взрослыми.
Безмятежное существование английской деревушки Бекем вблизи Лондона нарушает исчезновение шестилетней Морин Саттон. Чрезмерный резонанс в СМИ создает атмосферу всеобщей паранойи, обнажая фальшь в семье Рована и Крессиды Андерсон — родителей Мэри-Роуз, чей брак изначально был фарсом.
Глубоко спрятанные страхи вырываются наружу, на дверях появляются новые засовы, на окнах — решетки, материнская опека превращается в одержимость, отцовская инфантильность доходит до абсурда. Состояние оцепенения усиливается тревожным ритмом текста, заставляя читать быстрее в ожидании развязки.
Каждое слово здесь будет на своем месте. Почти все персонажи вызовут отвращение, а абсолютное зло окажется тихим, бытовым и тем более пугающим. Удушливая, канонично готическая история оставит под сильным впечатлением.
«Праведные убийцы», Инго Шульце
«Каждому однажды придется решить, как жить дальше. Он решился на самую насыщенную и приятную жизнь, доступную для человека, — на жизнь читателя».
История начинается с дрезденского букиниста Норберта Паулини, чья философия заключается в самоотверженной роли читателя. Его книжный магазин — место притяжения интеллигенции ГДР: истинных ценителей литературы и тех, кто стремился ими стать. Лавку Паулини «разыскивали местные и приезжие, адрес ревностно охраняли». Слава о нем росла благодаря редким книгам, эрудиции хозяина и его нежеланию поддаваться веяниям времени.
Но идиллическое начало не может длиться вечно — в конце концов, в названии романа упоминаются убийцы. Берлинская стена падает, жизнь меняется кардинально. Книги теряют рыночную стоимость и, независимо от своей подлинной ценности, оказываются на свалках. Паулини остается не у дел. Его былая отстраненность от мира трансформируется в радикальные взгляды, а сам букинист оказывается втянут в опасные политические игры. И как только читателю кажется, что он понял логику повествования, Шульце совершает резкие сюжетные повороты — причем дважды, меняя оптику и жанры.
Размышляя о противоречии между личным и общественным, автор исследует ключевой для себя вопрос: может ли человек в эпоху перемен оставаться аполитичным интеллигентом, верным своим принципам? И не дает однозначного ответа. На примере «книжного человека», который, несмотря на преданность литературе, совершенно сбился с пути, он лишь подчеркивает, как трудно выносить суждения в таких вопросах.
«Джеймс», Персиваль Эверетт
«До чего странная штука мир, до чего странная штука существование, если равному должно отстаивать свое равенство...»
В 2025 году роман «Джеймс» был удостоен Пулитцеровской премии, а годом ранее получил Национальную книжную премию (США) и вошел в шорт-лист Букера. Как утверждает аннотация — это увлекательное переосмысление «Приключений Гекльберри Финна» Марка Твена, где история рассказывается от лица беглого раба Джима (у Эверетта его зовут Джеймс), который предстает перед нами в новом, совершенно неожиданном свете.
Подобных примеров, когда классическое произведение обретает новую жизнь в современной интерпретации, немало, но успех «Джеймса» и его статус «главного американского романа» прошлого года объясняются сразу несколькими причинами.
Во-первых, Эверетт полностью переосмысляет характер главного героя: в его версии Джеймс — умный и образованный человек, который «знает, что такое гипотенуза, что означает слово „ирония“ и как пишется „воздаяние“». Он тайно читает книги, в бреду спорит с Вольтером о равенстве, а в редкие моменты затишья пишет собственную историю. Во-вторых, путешествие Джеймса и Гека по Миссисипи обретает новую цель. Это не просто бегство от рабства — это поиск семьи и свободы, что придает сюжету глубокий эмоциональный резонанс.
Наконец, это очень ироничный, «неистово смешной» роман. Юмор здесь становится оружием — он помогает не только выжить, но и отстаивать свою расовую идентичность. Уже этого достаточно, чтобы «Джеймс» занял место среди классики американской литературы. Купить книгу прямо сейчас можно в «Офистон Маркете».
Фото: livelib.ru, officetonmarket.by, loveread.info, litres.ru
Партнерский материал
