В экономике Беларуси накопилось 100 млрд рублей. Что это говорит бизнесу и обычным людям — объясняем на графиках
Декабрь как завершающий месяц года традиционно раздувает денежные показатели: предпраздничная суета, премии и разовые выплаты населению, закрытие контрактов и расчетов у бизнеса добавляют экономике оборотов — и делают динамику широкой денежной массы более выраженной. Так происходит ежегодно, и 2025-й исключением не стал: по итогам года объем денег в экономике достиг 103 млрд белорусских рублей, прибавив за один лишь декабрь около 5%. Причем ключевой вклад в этот рывок дали деньги в белорусских рублях, тогда как валютная компонента сыграла заметно более скромную роль.
Экономика ушла в рубль
Если смотреть на широкую денежную массу крупным планом, картинка за несколько последних лет выглядит как устойчивое наращивание денежного объема с сезонными провалами в начале и середине года.
Если в январе 2024-го показатель находился на уровне 73,1 млрд рублей, то к концу 2024-го поднялся до 88,8 млрд (плюс 15,6 млрд за год), а в 2025-м продолжил рост уже на новом витке — широкая денежная масса прибавила еще примерно 14 млрд рублей.
Планка 100 млрд была взята практически с разбега, в один календарный шаг: на 1 декабря 2025 года широкая денежная масса составляла около 98,0 млрд, а уже по итогам декабря подскочила до 103,0 млрд, прибавив 5,0 млрд рублей за месяц. Для сравнения: в декабре 2024-го прирост тоже был заметным, но меньшим — около 3,8 млрд, то есть декабрьский рывок 2025 года оказался примерно на 1,2 млрд сильнее.
К началу 2026 года структура широкой денежной массы заметно ушла в рубль: его доля (наличные, рублевые счета и депозиты плюс рублевые бумаги) выросла примерно с 60,8% на 1 января 2025-го до 65,6% на 1 января 2026-го. Это главный сдвиг года: в абсолютных цифрах валютный сегмент тоже увеличился, но рублевые компоненты росли быстрее и в итоге перетянули на себя большую часть прироста.
Внутри непосредственно рублевой части добавили почти все элементы: доля наличных поднялась с 13,4 до 14,1%, доля текущих счетов населения — с 9,1 до 9,9%, а рублевые депозиты населения — с 12,2 до 14,7%. То есть деньги не только росли в целом в экономике, но и становились более «домашними» — в национальной валюте.
Валютная часть, напротив, стала менее доминирующей по весу в общей корзине — и это хорошо видно по распределению долей. На 1 января 2025 года значимую долю удерживали валютные депозиты физлиц (9,8%) и юрлиц (9,2%), а также валютные текущие счета бизнеса (12,1%). На 1 января 2026-го их доли снизились до 6,9, 8,4 и 11,5% соответственно; валютные текущие счета населения тоже сократились с 7,7 до 7,2%.
При этом общая структура стала чуть более ликвидной: наличные и текущие счета по-прежнему занимают свыше половины широкой денежной массы, но внутри этой группы произошла перестройка в пользу рублевых инструментов — именно они и дотянули показатель до символических 100+ млрд рублей.
Что выбирает бизнес, а что — население?
Финишный рывок декабря хорошо раскладывается по полочкам: основная прибавка в широкой денежной массе пришлась на рублевые компоненты и в первую очередь на корпоративный сектор. За месяц наличные увеличились на 391 млн рублей, текущие счета физлиц — на 535 млн, а вот у бизнеса динамика была куда мощнее: текущие счета юрлиц прибавили 1485 млн, рублевые депозиты юрлиц — еще 1417 млн. Население тоже добавило в «длинную» часть: рублевые депозиты физлиц выросли на 477 млн.
Валютный сегмент в декабре выглядел заметно спокойнее: текущие счета физлиц и юрлиц в валюте выросли на $83 и $179 млн, депозиты юрлиц — на $74 млн, тогда как валютные депозиты физлиц почти не изменились (минус $8 млн), а прочие компоненты дали символический плюс при небольшом минусе в рублевых прочих компонентах. В сумме это и сформировало тот самый декабрьский скачок денежной массы: деньги пришли прежде всего в национальную часть и через каналы, связанные с завершением годовых расчетов.
Если же смотреть на год в целом, картина еще более однозначная: главный двигатель роста — рублевые сбережения и рублевые остатки на счетах. За 2025 год наличные выросли на 2625 млн рублей, текущие счета населения — на 2100 млн, а рублевые депозиты физлиц дали самый крупный вклад — плюс 4293 млн. Бизнес тоже расширил рублевую подушку: депозиты юрлиц прибавили 2337 млн, текущие счета — 1271 млн.
Валютная часть в годовом разрезе добавила скорее умеренно: плюс 580 и 988 млн по текущим счетам физлиц и юрлиц (в долларовом выражении), плюс 623 млн по депозитам юрлиц, при этом валютные депозиты населения по итогам года даже сократились (минус 41 млн). Иными словами, рост денежной массы за год был не просто количественным, а качественным: экономике добавили ликвидности (быстрых денег) и накоплений именно в белорусских рублях — поэтому и переход через отметку 100 млрд произошел так быстро и столь уверенно.
В сухих цифрах финансовые итоги 2025 года выглядят так: стартовали с уровней около 86–87 млрд рублей широкой денежной массы, прошли через привычные сезонные просадки в начале года и летом — и пришли к 103 млрд рублей на 1 января 2026-го, причем ключевой рывок случился в декабре.
Что в итоге?
Сам по себе этот рост не означает, что экономика автоматически стала богаче, но точно показывает другое: денежный контур страны остается живым, обороты проходят, сделки закрываются, а рублевая часть в структуре денежной массы стала весомее.
Для бизнеса это важный сигнал о том, что хозяйственная деятельность продолжается и расширяется в рублевых инструментах — на счетах и депозитах, то есть белорусский рубль все чаще выступает не просто расчетной единицей, а основной рабочей валютой внутри экономики.
Для населения выводы более приземленные, но не менее показательные. Рост доли наличных — это напоминание, что даже при активной цифровизации привычка держать часть средств в руках сохраняется, а наличные остаются важным элементом финансового поведения домохозяйств.
Для государства же динамика денежной массы — это всегда двусмысленный маркер: с одной стороны, рост денежной массы укладывается в логику работающей экономики и повышения номинальных оборотов; с другой — он неизбежно связан с инфляционным фоном, который может быть не взрывным, но точно присутствует.
Поэтому рубеж 100 млрд рублей — повод не для торжественных отчетов, а для более трезвой оценки качества роста: в 2026 году экономике нужно не просто больше денег в системе, а более сильная и продуктивная динамика, чтобы этот денежный объем опирался на реальный выпуск и инвестиции.
Проблема в том, что год начинается в условиях высокой неопределенности: «черных лебедей» — внешних и внутренних — сейчас достаточно, чтобы любой оптимистичный сценарий требовал осторожных оговорок.
Инфографика: Александр Маляренко
