«Азбука жизни»: финансовый менеджер — про гаджеты, деньги и еду

Это уже не только часть ежедневной жизни, но и очень много воспоминаний. Гаджет, который вызывает у меня больше всего эмоций, — это электронная игра, где волк ловит яйца. Первый гонорар, который мне выплатили в Московской галерее искусств, я потратил именно на нее. Ходили слухи, что если соберешь все яйца, то в конце покажут мультик. Обман! Мультика не было! Потом были пейджеры — мне так нравилось надиктовывать сообщения, тренируя красноречие. Затем телефоны кнопочные, мобильники с камерой, а дальше понеслось...

Мир, в котором много гаджетов, мне очень нравится. Он дает тебе возможность не оставаться одиноким. Это хоть и иллюзия по большому счету, но многих поддерживает. В Японии вот уже есть робот, который может обслуживать немощных стариков. Очень жду, когда он станет по цене как смартфон, чтобы был более-менее доступен практически всем. Вот это реально гаджет-спасатель!

При этом очень странно, конечно, в метро или в кафе наблюдать людей, которые смотрят не друг на друга, а в экраны своих телефонов. То есть реальная жизнь идет, живой человек рядом с тобой, но ты этого не видишь, потому что голову не поднимаешь.

Нашему поколению, тем, кому за 40, не страшно, если гаджеты и пропадут. Мы ведь помним, как перемещаться с бумажными картами, переводить со словарем, писать записки, когда из дома выходишь... Проживем точно, если что!

И да, я практиковал цифровой детокс. В городе это делать очень сложно, ты себя должен прямо заставлять. А вот если выехать на природу — все получается очень гармонично и здорово. Ковыряешься в грядках, идешь по горам — забываешь про мобильник. И знаете что? Ничего страшного не происходит, мир без твоего присутствия в Сети не рушится.

У меня в дипломе по курсу «История экономической теории» стоит тройка. Отвечал я именно про деньги как категорию. Помню, рассказал про эквивалент, про добавочную стоимость по Марксу, а вот на кейнсианской теории поплыл. Если забыли, то это о том, что в кризисные времена государство должно вмешаться и простимулировать спрос. Начнет расти предложение — и так достигается экономический рост. Тогда цифровые деньги и снижение транзакционных издержек казались несбыточной мечтой, а сегодня это повседневная реальность.

Впрочем, сейчас на тему денег мне нравится смотреть с точки зрения эзотерики. Потому как что еще является большей абстракцией, чем деньги?

Часто читаю и всякие учения, как нужно думать про деньги, как их к себе привлекать.

По моим наблюдениям, когда проект живой, в нем много движения — с деньгами там проблем нет. Денежный поток всегда идет на энергию. Как только в бизнесе или внутри самого человека становится тухло и печально, деньги куда-то исчезают. И жаба или денежное дерево на столе тут не помогают.

Недавно был на выставке Дали во Дворце искусств в Минске, и его серия «Обеды Галы» как-то сплелась с моими размышлениями о еде и об эстетичной ее подаче. Когда о еде можно подумать не как о базовой потребности, а как об искусстве. Конечно, размышлять о подаче и символизме блюд можно только тогда, когда базовые потребности закрыты и ты уже забыл, что такое голод.

Вот компания, в которой я сейчас работаю, организованно кормит своих сотрудников. Это освобождает очень много времени и ресурсов, ты можешь уже подумать о том, как это блюдо должно быть подано, чтобы удовлетворяло твои эстетические потребности. Я уже забыл слова «ссобойка» и «судочки». А когда-то так носил с собой еду. Чтобы экономить и деньги, и время. И чтобы точно знать, что ты ешь.

Есть целый пласт фильмов про еду. Тот же «Ганнибал» или бразильский мини-сериал «Ничего» про кулинарных критиков. Смотришь и понимаешь, как сильно люди могут чувствовать вкус. Кстати, я когда-то сидел на диете и ограничивал себя в приправах, соли и сахаре. И потом, попробовав какую-то острую или сладкую еду, был просто в шоке от взрыва вкуса. Все потому, что рецепторы «изголодались» за время диеты и стали все обостренно воспринимать.

А еще классно, когда твои друзья тоже любят вкусно и хорошо поесть. И тебе всегда подскажут, где в городе самые вкусные моти, а где клевая пицца на огне или борщ.